Премьер-министр Испании Педро Санчес ответил на вспышку массовой оппозиции слева против его правительства ИСРП-Сумар, распустив парламент и назначив всеобщие выборы на 29 ноября.
Сотни тысяч людей вышли на демонстрации в более чем 50 испанских городах в выходные против стремительно растущей арендной платы, выселений и жилищного кризиса, который сделал достойное жильё недоступным для миллионов. Часть движения открыто выдвигала требование всеобщей забастовки. Именно это развивающееся движение рабочего класса и молодёжи — а не парламентские манёвры правых, — ускорило крах правительства и решение Санчеса назначить выборы.
Санчес стремится сейчас обратить вполне реальную угрозу, исходящую от крайне правых, против движения, которое свергло его правительство. Его политический ультиматум рабочим и молодёжи, по сути, таков: либо примите продолжение моего правого правительства жёсткой экономии, милитаризма и атак на уровень жизни, либо столкнитесь с ещё более реакционным правительством Народной партии (НП) и неофашистской Vox («Голос»).
Опросы указывают, что если бы выборы состоялись сегодня, НП и Vox могли бы получить парламентское большинство и сформировать правительство Испании, впервые включающее фашистов с момента окончания диктатуры Франко в 1978 году.
В течение нескольких часов после того, как Санчес назначил выборы, лидер Vox Сантьяго Абаскаль изложил свою программу совместного правительства с НП: «Национальный приоритет, чтобы испанцы не подвергались дискриминации в своей собственной стране; дерегуляция, чтобы убрать из нашей экономики всю коррупцию, идеологию и конфискационные намерения; и ремиграция, чтобы обратить вспять миграционное вторжение».
Это означает дискриминацию в пользу испанских граждан в доступе к государственным услугам, жёсткую экономию и дерегуляцию для обогащения крупного бизнеса и массовые депортации иммигрантов. Это было видно в Сеуте этим летом, где по меньшей мере 140 мигрантов погибли, пытаясь достичь испанской территории, в то время как правительство ИСРП-Сумар направило туда армию и полицию и осуществило массовые депортации. Партия Vox все равно осудила эти репрессии как «измену». Она поддержала массовые антииммигрантские демонстрации и погромные нападения на лагеря мигрантов и продолжает требовать депортации миллионов.
Испанские правые также угрожают не признать поражение на выборах, оставляя открытой возможность того, что они могут попытаться насильственно аннулировать результат голосования. Абаскаль сказал, что Санчес попытается «манипулировать этим электоральным процессом», утверждая, что Санчес «способен абсолютно на всё». Президент региона Мадрид Исабель Диас Аюсо из НП заявила: «Я прошу всех даже не думать о голосовании по почте».
Такие угрозы особенно зловещи, потому что элементы испанского офицерского корпуса, близкие к Vox, открыто призывают к перевороту и военной диктатуре.
Всего три недели назад отставной испанский подполковник Франсиско Бендала Аюсо заявил, что «пришло время вооружённым силам взять на себя ответственность перед родиной». Это прозвучало в мадридском Casino Militar — учреждении, управляемом отставными членами вооружённых сил. Отмахнувшись от парламентской оппозиции как «некомпетентной и пассивной», Бендала призвал к военному вмешательству для установления «временного чрезвычайного правительства» и объявления чрезвычайного положения.
В заявлениях Vox и НП пересекаются два фашистских сценария. Один укоренён в истории испанских крайне правых: изображать электоральную победу левых как мошенничество, чтобы оправдать переворот. После победы Народного фронта в феврале 1936 года диктатура Франко утверждала, что выборы были сфальсифицированы, стремясь легитимизировать фашистский переворот в июле 1936 года, который положил начало Гражданской войне в Испании 1936–1939 годов.
Другой — это более непосредственный прецедент, созданный президентом США Дональдом Трампом, чья администрация поддерживает тесные связи с Vox: систематически дискредитировать электоральный процесс до начала голосования, особенно концентрируясь на почтовых бюллетенях как якобы подозрительных и объявляя любой неблагоприятный результат мошенническим. Это достигло кульминации в попытке переворота 6 января 2021 года, когда Трамп попытался заблокировать конституционно предписанную передачу власти, подстрекая своих сторонников штурмовать Конгресс США момент утверждения результатов выборов.
Опасность вполне реальна. Но вывод, который должны сделать рабочие, противоположен тому, который продвигают Санчес, Сумар и Подемос. Борьба против опасности фашизма и военной диктатуры не может вестись путём подчинения рабочего класса правительству ИСРП-Сумар или подавления классовой борьбы во имя предотвращения победы НП-Vox.
Санчес сделал этот политический шантаж явным, объявив выборы. Он представил 29 ноября как выбор между «ультраправой волной» и продолжением якобы прогрессивного правительства. Хвастаясь, что его правительство достигло «лучших экономических, социальных и экологических результатов» из всех [номинально] демократических администраций, он признал народное «недовольство», но заявил, что «чтобы сделать больше, нам нужно обновить и расширить народную поддержку». Он призвал к «гораздо более широкому, прогрессивному большинству», с которым можно «завоевать новые социальные достижения и продолжить преобразование Испании».
Псевдолевые союзники ИСРП немедленно солидаризировались с Санчесом. Моника Гарсия, лидер нового «Широкого фронта» во главе с Сумар и коалиционного партнёра ИСРП, поддержала решение Санчеса. Она заявила: «Мы вложим все свои силы в то, чтобы вновь обеспечить прогрессивное правительство», и «сделаем всё необходимое», чтобы «остановить крайне правых».
Один из лидеров Подемос, Ирене Монтеро, призвала к открытым праймериз для выбора общей кандидатуры слева от ИСРП, которая, по её утверждению, представляла бы социальное большинство, требующее прекращения спекуляций на жилье, снижения арендной платы и защиты мира. «Нельзя терять время, у нас много работы», — настаивала она.
Все эти подходы стремятся канализировать движение, развивающееся на улицах, в голоса за то или иное парламентское формирование и предотвратить его развитие в независимую политическую борьбу рабочего класса.
Все они уклоняются от решающего вопроса: как так получилось, что после почти девяти лет правительств во главе с ИСРП, включая шесть лет в коалиции либо с Подемос, либо с ее отколом Сумар, политические наследники франкизма ближе к власти, чем в любое время с момента окончания диктатуры?
Ответ не лежит в предполагаемом сдвиге испанского населения вправо. Он лежит прежде всего в послужном списке правительств во главе с самим Санчесом и в той роли, которую сыграли псевдолевые в подавлении независимой оппозиции им.
25,7 процента населения в Испании подвергалось риску бедности или социальной исключённости в 2025 году, включая одну треть всех детей. Молодёжная безработица составляла 23 процента. На противоположном полюсе общества шесть крупнейших банков Испании получили рекордные 34 миллиарда евро прибыли в 2025 году, на 7 процентов больше, чем в предыдущем году.
То же противоречие проходит через заявления Санчеса о пацифизме. В своей речи, объявляющей выборы, Санчес похвастался «поддержкой Украины», то есть марионеточного правительства НАТО, ведущего войну против России, которая угрожает перерасти в прямой конфликт между ядерными державами. При Санчесе оборонные расходы достигли рекордного уровня в 66 миллиардов евро в 2025 году, около 4,1 процента ВВП, с более чем 80 миллиардами евро, запланированными на 2026 год. Это крупнейшее военное наращивание в постфранкистской истории Испании.
Нигде пропасть между заявлениями правительства и социальной реальностью не видна более явно, чем в сфере жилья. Средняя стоимость аренды эквивалентна в настоящий момент 98,7 процента средней зарплаты молодого работника. Выселение 87-летней пенсионерки Марикармен из дома, где она жила больше 70 лет, стало триггером для накопленного социального гнева, вызвав массовые протесты.
Столкнувшись с растущим давлением, ИСРП и Сумар поспешно объявили об ограниченных чрезвычайных жилищных мерах, которые, однако, были отклонены в парламенте в прошлую пятницу НП, Vox и правой каталонской националистической партией Junts.
На следующий день сотни тысяч людей вышли на протесты в более чем 50 испанских городах. Часть этого движения открыто призывала к всеобщей забастовке.
Эта последовательность событий разоблачает политический обман электорального ультиматума Санчеса. Рабочие и молодёжь вступили в борьбу против социальных условий, созданных при его правительстве. Санчес отвечает не удовлетворением их требований, а роспуском парламента и заявлением, что продолжение оппозиции его правительству рискует передать власть крайне правым.
Ответ не может состоять в отступлении от классовой борьбы. Напротив, единственный прогрессивный путь вперёд лежит в её систематическом расширении и политическом развитии.
Всеобщая забастовка поставила бы фундаментальный вопрос о том, какой класс определяет приоритеты общества: должны ли жильё, зарплаты, пенсии и государственные услуги быть подчинены интересам частной прибыли, военным расходам и обогащению финансовой олигархии, или быть организованы в соответствии с общественными потребностями?
Подъём Vox демонстрирует банкротство утверждения, согласно которому фашизм можно победить путем поддержки «меньшего зла» — ИСРП и её псевдолевых сателлитов. Именно политика, проводимая этими партиями — социальное неравенство, меры жёсткой экономии, империалистическая война, атаки на иммигрантов и укрепление репрессивного аппарата государства, — создала политические условия, в которых процветают крайне правые.
Спустя полвека после того, как Испания начала свой разрекламированный «переход» к демократии после смерти Франко в 1975 году, вся политическая структура, установленная в тот период, распадается.
В условиях массовых забастовок и социальной борьбы 1970-х годов ИСРП и сталинистская Коммунистическая партия Испании (КПИ) стремились к тому, чтобы предотвратить революционное сведение счетов с франкизмом. Они говорили рабочим, что интеграция в Европейское экономическое сообщество и НАТО гарантирует Испании процветающее и демократическое будущее. Военный, полицейский и государственный аппарат, унаследованный от франкизма, был сохранён в целости, в то время как рабочий класс был подчинён капиталистическому государству через профсоюзную бюрократию и парламентские партии.
Эти договорённости, закреплённые в Конституции Испании 1978 года, теперь распадаются под воздействием капиталистического кризиса, войны и нарождающегося движения рабочего класса.
Испанский кризис — часть более широкого международного процесса. По всей Европе правящий класс резко движется вправо, наращивая военную мощь, навязывая меры жёсткой экономии и укрепляя репрессивные полномочия государства, в то время как рабочие и молодёжь вступают в борьбу против последствий этой политики.
Во Франции забастовки и массовые протесты рабочих и молодёжи сотрясают политический истеблишмент. Борьба в государственном секторе развивается в Португалии, в то время как десятки тысяч молодых людей в Германии протестовали против призыва и стремления превратить целое поколение в пушечное мясо.
Решающее противоречие — между капиталистической правящей элитой, движущейся к войне, диктатуре и фашизму, и рабочим классом, всё более проявляющим оппозицию, но всё ещё лишённым возможности продвигать свою собственную независимую политическую программу.
В Испании движение за доступное жилье должно быть расширено в борьбу всего рабочего класса против политики жёсткой экономии, милитаризма, государственных репрессий и угрозы фашизма. Рабочие должны отвергнуть все попытки разделить коренных рабочих и рабочих-иммигрантов и объединить их вокруг их общих классовых интересов.
Это требует построения независимых комитетов рядовых рабочих на рабочих местах и в жилых районах, способных объединить борьбу поверх отраслей и регионов, противостоять предательствам профсоюзной бюрократии и мобилизовать рабочий класс против мер жёсткой экономии, полицейских репрессий и любой попытки переворота.
Прежде всего, это требует политического сведения счетов с ИСРП, Подемос, Сумар и перспективой подчинения рабочих капиталистическим партиям во имя борьбы с «более крупным злом».
Крайне правых нельзя победить, поддерживая одну фракцию капиталистического правящего класса против другой. Такая политика не остановила Vox. Она укрепила её.
Решающая задача — построить новое революционное руководство в рабочем классе — испанскую секцию Международного Комитета Четвёртого Интернационала. Это руководство должно бороться за объединение борьбы за жилье, зарплаты, пенсии, демократические права и против войны в независимое политическое движение рабочего класса, связать развивающуюся борьбу в Испании с той, что вспыхивает по всей Европе и на международном уровне, и бороться за власть рабочих и социалистическую реорганизацию общества в качестве составной части борьбы за Соединённые Социалистические Штаты Европы.
Альтернатива, поставленная кризисом, — не Санчес или НП-Vox. Это: капиталистическая реакция — в какой бы парламентской форме она ни выступала — или независимая политическая мобилизация рабочего класса на основе международной социалистической программы.