Центральный окружной суд Сеула в Южной Корее в четверг приговорил бывшего президента Юн Сок Ёля к пожизненному заключению за его неудавшуюся попытку военного переворота вечером 3 декабря 2024 года. Президент, который предпринял вооруженное нападение на законодательный орган страны с намерением захватить диктаторскую власть и аннулировать конституцию, столкнулся теперь с перспективой провести остаток своей жизни за решеткой.
В то время как Юн находится в тюрьме, в Соединенных Штатах, предполагаемой ведущей демократической стране мира, Дональд Трамп, гангстер, осужденный преступник и фашист, находится в Белом доме. И это спустя более пяти лет после того, как он предпринял попытку насильственного переворота с целью захватить контроль над Конгрессом и отменить конституцию в попытке остаться у власти после поражения на выборах в ноябре 2020 года.
Обращение с этими двумя преступниками, в частности, отношение американской Демократической партии у Трампу, содержит важные уроки для рабочих в США и по всему миру.
Южнокорейский суд охарактеризовал объявление Юном военного положения в ночь на 3 декабря как мятеж, в то время как специальные прокуроры, рассматривавшие дело, даже рекомендовали приговор в виде смертной казни. Некоторые из сообщников Юна в военном и полицейском истеблишменте также получили значительные тюремные сроки. Среди них бывший министр обороны Ким Ён Хён, приговоренный к 30 годам лишения свободы; бывший начальник Национального полицейского агентства Чо Джи Хо — к 12 годам; а также бывший начальник столичного полицейского агентства Сеула Ким Бон Сик — к 10 годам.
Председательствующий судья Чи Кви Ён заявил: «Бывший президент Юн спланировал преступление лично и в ведущей роли и вовлек в преступление многих людей. Введение чрезвычайного военного положения повлекло за собой огромные социальные издержки, и подсудимый практически не выразил за это извинений».
Попытка переворота Юна стала кульминацией нескольких месяцев подготовки. Он направил солдат в Национальное собрание для ареста законодателей, включая лидеров как его тогдашней правящей партии «Сила народа», так и основной оппозиционной Демократической партии. Это было сделано для того, чтобы помешать им осуществить свое законное право голосовать за отмену военного положения, что они и сделали. Суд дал ясно понять, что осуждает Юна не за само объявление военного положения, а за отправку войск в парламент.
Судья Чи заявил: «Трудно отрицать, что бывший президент Юн стремился сделать Национальное собрание неспособным нормально функционировать в течение значительного периода путем блокирования и парализации деятельности Национального собрания посредством отправки войск в Национальное собрание с целью ареста ключевых политиков». Он добавил: «Также признано, что он устроил мятеж, направив в Национальное собрание военных».
В ответ на попытку переворота Юна вспыхнули массовые протесты и растущее забастовочное движение. 14 декабря 2024 года президент был подвергнут импичменту и отстранен от должности. Он был арестован в январе 2025 года, все еще будучи технически действующим президентом, и, в конечном итоге, отстранен от должности единогласным решением Конституционного суда в апреле. Ли Чжэ Мён от Демократической партии вскоре после этого вступил в должность в результате внеочередных выборов.
Юн был подвергнут импичменту, арестован, отстранен от должности и приговорен к пожизненному заключению в течение менее чем 15 месяцев. За попытку свергнуть верховенство закона Юн теперь пополнил список бывших президентов Южной Кореи, заключенных в тюрьму за преступления, совершенные во время пребывания в должности, включая Чон Ду Хвана, Ро Дэ У, Ли Мён Бака и Пак Кын Хе.
Почему же тогда южнокорейский Юн сидит в тюрьме, а Трамп сидит в Белом доме? Как объяснял Мировой Социалистический Веб Сайт, переворот Трампа 6 января 2021 года стал поворотным пунктом в международной политике, не только ознаменовав переломный момент в политике США, но и послужив моделью для таких фигур, как Юн.
В отличие от заговора Юна с целью переворота, который происходил в значительной степени тайно, Трамп совершал свои действия на виду у публики, ясно давая понять, что он не примет результаты выборов 2020 года, если проиграет, а затем продвигая «большую ложь» о краже выборов после победы Джо Байдена. На протяжении всего этого периода Трамп нагнетал атмосферу насилия в отношении своих политических оппонентов. Затем он организовал толпу фашистов для нападения на Конгресс 6 января с намерением захватить и убить избранных представителей, чтобы остаться у власти.
Трамп ни в малейшей степени не был привлечен к ответственности за свои действия, будь то в связи с попыткой переворота или любыми другими преступлениями, которые он совершил, включая его незаконные нападения на Венесуэлу и Иран и терроризирование населения посредством операций Иммиграционной и таможенной полиции (ICE) в духе Гестапо. Это связано не с политическим мастерством Трампа или силой и поддержкой, которыми он обладает. Совсем наоборот. Трамп — широко презираемая фигура в США и по всему миру.
Тем не менее демократы в США не оказали никакого серьезного сопротивления его фашистской повестке дня. Даже сейчас, когда Трамп собирает армаду на Ближнем Востоке в подготовке к тому, что было названо «длительными, многодневными операциями» против Ирана, не было ни одного голоса оппозиции со стороны демократов, не говоря уже о дебатах в Конгрессе, который единственный обладает конституционным правом объявлять войну. Это не случайность, а признак согласия демократов на очередной преступный империалистический конфликт.
В то же время Южная Корея вовсе не является бастионом демократических ценностей. В течение четырех десятилетий страной правили диктаторы: сначала марионетка США Ли Сын Ман, а затем при военной диктатуре, впервые установленной в результате переворота под руководством Пак Чон Хи.
Фасад демократии, существующий сегодня, был построен на основе этой диктатуры. Южнокорейская армия сохраняет сильное политическое влияние за кулисами, а также поддерживает тесные связи с Вашингтоном, как и большая часть южнокорейского государственного аппарата. Однако даже демократы, которые происходят от лояльной оппозиции Ли Сын Ману и Паку, почувствовали себя обязанными принять меры против Юна, чтобы соблюсти видимость «демократии».
Южнокорейские демократы и Корейская конфедерация профсоюзов стремились к тому, чтобы рассеять зарождавшееся массовое движение. Они риторически поддержали протесты, которые были созваны против переворота Юна, чтобы создать впечатление, будто они активно борются против его атаки на демократию. Решение сделать это и, в конечном итоге, отстранить Юна от должности было призвано защитить само государство и помешать населению сделать выводы о необходимости разрыва с капиталистической системой.
Однако американские демократы и профсоюзы не желают и не могут заходить так далеко, вместо этого пресмыкаясь перед фашистом в Белом доме и демонстрируя, насколько даже буржуазная демократия деградировала в США.
Демократы преклоняются не перед личностью Трампа, а перед олигархией, которую он представляет, и которая доминирует в политической и экономической жизни страны. Любые действия, предпринятые против Трампа, будут рассматриваться как посягательство на способность олигархии извлекать прибыль из рабочего класса и вести войны за рубежом в погоне за своими империалистическими интересами.
Поэтому демократы заверяют Трампа в своей двухпартийной поддержке, одновременно принимая предложенные им бюджеты, в том числе для финансирования военных и ICE. Демократы осознают, что любое движение против Трампа, даже в ограниченной форме, может легко превратиться в более широкое массовое движение, грозящее выйти из-под их контроля и контроля их союзников в профсоюзах.
В течение своих четырех лет пребывания у власти администрация Байдена отказывалась предпринимать какие-либо серьезные действия для привлечения Трампа к ответственности. Судебные иски против Трампа были поданы в основном по второстепенным вопросам, в то время как правительство не торопилось предъявлять обвинения тогда еще бывшему президенту за его роль в попытке переворота 6 января, — обвинения, которые, в конечном итоге, были сняты после его переизбрания. Трампу не было предъявлено обвинение в мятеже.
Вместо этого администрация Байдена и демократы проложили путь для возвращения Трампа к власти, сосредоточив свое внимание на повестке дня американского империализма, для которой им нужна была поддержка Республиканской партии, — в частности, для ведения войны против России на Украине и обеспечения полной поддержки геноцида в Газе. Трамп воспользовался этим, а также высокомерным безразличием демократов к разрушительному влиянию инфляции на уровень жизни рабочих.
Демократическая партия США утверждает, что ничего нельзя сделать, чтобы остановить Трампа, кроме как ждать следующих выборов, если они вообще состоятся. Однако протесты и растущее общественное возмущение событиями в Миннесоте в прошлом месяце продемонстрировали силу рабочего класса, вынудив администрацию Трампа пойти на тактическое отступление. Но то, что пугает администрацию Трампа, пугает и демократов, а именно, развитие массового движения рабочего класса против самой капиталистической системы.
Несмотря на свои ограничения, тюремное заключение южнокорейского Юна разоблачает ложь о том, что ничего нельзя сделать. Это также разоблачает тот факт, что никакой оппозиции Трампу, даже в ограниченных формах, не последует ни от демократов, ни от какой-либо части политического истеблишмента США. Вместо этого борьба против Трампа и олигархии, которую защищают и он, и демократы, должна вестись посредством массового независимого движения рабочего класса.